Я родилась пятидесятилетней... - Страница 123

123

— Ты совсем не понимаешь, как это может на тебе отразиться, милосердная моя дорогуша? — лицо деда, такое холёное и моложавое, исказилось в издевательской ухмылке. Обычно такими взглядами он пугал конкурентов.

Я невозмутимо улыбнулась, кивая на его закрытый кабинет:

— Давай я объясню тебе с начала и подробнее. А потом ты будешь оценивать мои интеллектуальные способности и моральные качества…

Фыркнув, дед махнул рукой и позволил себе выслушать «неразумную внучку» в моём лице.

Чётко и по существу я объяснила, что использовать индейцев собираюсь неофициально. Для большинства это будет выглядеть, как производство мёда для резервации, но на самом деле удачные составы будут отправляться в Аризону, в лавку эксклюзивного хенд-мейда от Анастасии. Сестра Светы после моего звонка была всеми руками «за».

Недавно она нашла девушку, которая прекрасно смешивает чай и делает вкуснейшее имбирное печенье. Так что решила продавать наш будущий мёд целыми подарочными наборами. Красиво, удобно, ну и стоит дороже, на самом деле. Ибо единственно в своем роде. Но подруга пообещала, что если сладость понравится покупателям, а наши поставки будут возможны в более крупных партиях, она не против продавать мёд отдельно. В принципе, я была с ней согласна. Сначала пусть распробуют и захотят, если товар будет просто пылиться на полках, на него обратят внимание лишь подлинные экспериментаторы.

Мне же необходим эффект тех самых кукол. Восторг простоты, когда все видят, понимают, что идея лежала на поверхности… Но повторить или сделать лучше оригинала — почти нереально. Да, я собиралась не день и не два провести за рецептурой после основного сбора, прежде чем отправлю в магазин первую пробную партию.

К слову, после расширения маленькая лавка превратилась в настоящий магазин, похожий на кукольный домик, где царила уютная атмосфера в стиле Прованс: лоскутные одеяла, наволочки «пэчворк», ажурные скатерти, элегантные фартуки, винтажная мебель с эффектом «облупившейся краски», рамки для фото, шкатулки, оформленные в технике декупаж, ароматные саше, фирменные куколки и многие приятные мелочи для дома и интерьера, полюбившиеся и снискавшие популярность в Финиксе.

Дело процветало.

И я имела с него неплохой процент. А этот процент я решила пустить для улучшения жизни своих индейцев. Но об этом я благоразумно умолчала, раскладывая Робу свой бизнес-план по полочкам. Дед поначалу смотрел на меня с подозрением и нескрываемым скептицизмом. Но когда речь зашла непосредственно о деньгах, которые я собиралась позже вложить в открытие подобной лавочке в Сиэтле, он успокоился и перестал недовольно постукивать тростью, нервируя меня своим острым взглядом.

— Значит, ты хочешь расширить дело Светланы? — дедушка поднял левую бровь, вольготно располагаясь в кожаном кресле.

Я в это время усердно стирала с пластиковой доски набросанный план проекта второго магазина и собирала маркеры, стараясь не смотреть на проницательного родственника.

— Мы и так официальные партнеры, дедушка. Дело окупаемое, не сильно пыльное. Да, я не собираюсь стоять у прилавка и продавать эти вещи, но талантливые люди, руки которых заточены на творчество, а не на хирургию, попадаются мне очень часто. Думаю, что мастеров я найду. Поставщики тканей и фурнитуры у нас будут общими. Сиэтл, конечно, в два раза меньше Финикса, но зато конкуренция в сфере интерьера там нулевая, — я подошла к креслу, разминая плечи мужчине, губы которого сжались в тонкую линию.

Не сомневаюсь, он нутром чувствовал, что я не договариваю. Но это не значит, что я не смогу переубедить старика, который, по сути, даже не был моим ровесником. Робу было всего лишь пятьдесят восемь…

— Дело ведь не в мёде, а в том, что у меня есть деньги, есть идея, и есть ресурсы для неё. И на этот товар есть спрос. Даже такие трудоголики, как ты, удивительно привязчивы к уютным мелочам, особенно если они подарены близкими. — я многозначительно посмотрела на выбивающийся из общего строгого офисного интерьера цветочный горшок в виде большого заварника с зайчиками, из которого гордо росло колючее алоэ, лично посаженное туда мною лет восемь назад.

В свой первый приезд я обратила внимание на духоту и отсутствие растений в кабинете постоянно загруженного родственника. А в следующий я привезла с собой это нежно-лавандовое чудо и гордо поставила на шкаф рядом с многочисленными грамотами и дипломами наград фирмы. Собственно, и по сей день горшок не сдвинулся ни на дюйм.

Лицо Роба приобрело чуть смущённое выражение, а загорелые скулы немного порозовели, но он тут же заставил себя нахмуриться:

— Хорошо, но при чём тут индейцы? Ты что, не можешь закупать мед в Аризоне? Это нерентабельно!

Ох, кажется, что у меня глаз дернулся на последнем слове…

Убедить индейцев было довольно сложно, но многие были не прочь попробовать что-то новое. Громче всех орал довольный Джейк. За обещание того, что он будет дегустатором всех моих попыток, он был готов носить меня на руках. Лишь бы его не привлекли непосредственно к обустройству пасеки, конечно.

Старик Муэта, услышав мое предложение, стремительно пошёл на поправку без всяких медицинских манипуляций с моей стороны. Резервация, морально готовившаяся к новым похоронам, с робкой надеждой смотрела на деятельную и фонтанирующую идеями меня. Многие местные женщины предложили свою помощь по пошиву, если им дать ткани и показать, как и что делать, конечно… Несколько умелых резчиков по дереву показали свои работы, которые были выполнены с таким искусством и выглядели так дорого, что я однозначно решила: маленькому магазинчику в Сиэтле быть.

123